HOMEPRODUCTIONPOETRYMUSICARTWORKSGOSTINAYA

 

выпуск 8 (2006)

 

БЕСЕДА 15

                                                                                       ИЛЛЮЗИЯ СЛОВА  (размышления)

                                                                                            Борис Коллендер

 

Меня всегда удивляло, а порой и восхищало, как какая-то фраза или даже отдельное слово могло возносить душевные волнения куда-то ввысь, в неведомые небеса, или, напротив, ниспровергать в преисподнюю, в ад, в нечто низводящее нас в прах.  Моё сознание технаря не могло смириться с тем, что случайное слово, лексическая единица, способна так управлять нашими эмоциями, настроением и даже жизнью.  Другое дело – научная терминология, обоснованная, испытанная, проверенная на соответствие действительности. А прочие слова..? Более близкое знакомство с понятием «информация», а также с философией «понятия» помогает несколько прояснить этот феномен влияния слова, хотя, наверное, не до конца.

Великий Норберт Винер сделал понятие информация главным в науке об управлении – кибернетике, а современное развитие информационных технологий подтверждает его основополагающее утверждение: информация – это то, что управляет.  Слово – информация, оно управляет!  Можно было бы привести многочисленные примеры, иллюстрирующие это положение, но оно сегодня настолько очевидно, что вряд ли нуждается в этом.  Более интересным представляется указать на ещё одну сторону слова и, даже мысли, обеспечивающая им возможность указанного управления.

Начнём с философского термина «понятие».  Понятие – это такая абстрактная и обобщённая лексическая единица, которая является основой нашего мышления.  Например, существует понятие «птица». В природе нет существа «птица», а есть конкретные воробьи, голуби, соколы и орлы.  Понятие «птица» есть некая абстракция и обобщённое название всех этих пернатых.  Впрочем, понятия «голубь» или «орёл» - тоже не название конкретного существа, а некая абстракция и обобщение определённого вида птиц.  Более того, если пойти дальше, то и конкретный чижик обозначается как совокупность некоторых его отвлечённых признаков. 

Распространяя эти рассуждения на другие слова, мы приходим к тому, что почти все они являются абстрактно-обобщенными лексическими единицами, не имеющих конкретных аналогов в действительности.  Получается, что понятия, которыми мы мыслим и мыслим абстрактно, не ограничены какими-то крепкими связями с действительностью, а плод нашего вольного сознания.  Такое положение обеспечивает нашему мышлению, нашим словам и предложением «свободное плаванье» в океанах выдумок и заблуждений, вдохновения и воображения, правды и неправды, творчества и графоманства.  Наше абстрактное мышление позволяет нам создавать и жить в мире иллюзий, в мирах никак не связанных с реальностью и наслаждаться заблуждениями, созданных нами же.

То, что наше мышление абстрактно конечно не новость. Однако такое понимание нашего мышления осело в недрах философии и редко всплывает в практической филологии. 

С одной стороны заблуждения могут приводить к разным потерям в нашей жизни, с другой – без вольного полёта мысли и слова не было бы творчества и искусства.  Не было бы великой поэзии и литературы вообще, уводящей нас в иные миры. Не было бы слов, происхождение и жизнь которых, оказало громадное влияние на наше бытие. Возьмём, например, слово «Бог».  Вероятно в древние времена, когда существовало много божеств, это слово закономерно являлось абстрактно-обобщённым понятием в сознание людей.  Однако с возникновение монотеизма, который отверг множественность богов, понятие «Бог» зависло «проблемой в воздухе». Оно стало абстракцией без обобщения, непонятным феноменом, абсурдом непостижимым обычным сознанием.  И только Вера, крепкая вера, позволяет ему существовать, побуждая к существованию других, тоже не вполне ясных понятий.

Вот весьма популярное в России понятие «духовность».  Как всякое понятие – оно абстрактно, но в отличие от предыдущего оно является некоторым обобщением.  Обобщением по множеству «признаков духовности» или, скажем, по множеству «различных» духовностей». Например, религиозных: православная духовность, католическая, исламская и т.д.  Или национально-культурных духовностей.

Наша человеческая природа, наше мышление обрекает нас на отрыв от материальной действительности.  То, что называют духовностью и есть этот отрыв.  Впрочем, духовность тоже можно понимать как действительность, пусть нематериальную, – она же существует!  К тому же нет, и, по-видимому, не может быть объективных критериев, обеспечивающих существование одних духовностей и отвержение других. Более того, нет критериев, предоставляющих  преимущества одной духовности перед другой.  Но нам приятна наша духовность и неприемлема другая.  В большинстве случаев она, другая, нам непонятна, хотя мы можем допускать её право на существование.

За словами могут стоять великие дела и великие заблуждения.  Кто предостережёт нас от последних? Кроме нас самих – некому!  Но дело в том, что:

… обмануть меня не трудно.

Я сам обманываться рад.

                        (А.С. Пушкин)

              

   

Copyright © 1999-2008  by Ulita Productions